общенациональная ежедневная газета

№ 232 (27506) 13.07.2013

Рус | Eng
Общество Архив раздела
20/02/04 - Неоконченная война
Дата:19.02.2004 Просмотров: 79
Исполнилось пятнадцать лет с того дня, как «последний советский солдат» покинул территорию Афганистана. Я намеренно взял это определение в кавычки не только потому, что оно не раз подвергалось критике, но еще и потому, что война не заканчивается с последним выстрелом, ее канонада продолжает звучать в душах тех, кого она опалила своим смертоносным дыханием.

В декабре минувшего года Президент

Казахстана Нурсултан Назарбаев своим Указом за

проявленные мужество и самоотверженность,

образцовое исполнение воинского и служебного

долга посмертно наградил младшего сержанта

Николая Саминя орденом «Айбын» («Доблесть») 3-й

степени. А 13 февраля на его родине в Астраханке

Акмолинской области награда была торжественно

вручена отцу героя. Думаю, данный факт является

еще одним подтверждением того, что эта страница

нашей истории требует внимательного и

вдумчивого прочтения.



Афганскую войну не любят вспоминать ни

политики, ни солдаты, независимо от своих званий

и чинов. Но причины этой «амнезии» разной

природы. Первых, вероятно, мучают

неудовлетворенные амбиции и груз трагических

ошибок. Такие маскируют реальность

выхолощенными определениями:

«интернациональный долг», «ограниченный

контингент» и прочее. Вторых — боль потерь,

которую к тому же некоторые

«ультрарационалисты» пытаются конвертировать в

целесообразность. Однако мужество и героизм —

категории гораздо более высокой пробы, а потому

не подвержены конъюнктурной политической

ржавчине.





Возвращаясь в прошлое





Далеко впереди свинцовое февральское

небо сливалось со степью. Снега не было. Но ветер

неутомимо разматывал с обочины вдоль полотна

автотрассы нескончаемую, хаотично извивающуюся

ленту белого серпантина. Когда-то по этой дороге

ушел в армию сельский парень Николай Саминь.

Дорога привела его на войну в далекую горную

страну. Он ушел навстречу судьбе, чтобы больше

никогда не вернуться. Мы спустя 22 года едем в

обратном направлении — для того, чтобы больше

узнать о нем.



Григорий Данилович, отец Николая,

несмотря на то, что накануне приболел, во встрече

не отказал.



Младшая сестра Светлана достала

письма, фотографии.



— Молодец он был. Помогал вместе с

сестрами нам по хозяйству. Мы ведь с матерью

Антониной Константиновной всю жизнь проработали

животноводами, и дома скот держали, —

рассказывает старший Саминь. — В последнем

письме сын сообщил о том, что дальнейшую службу

будет проходить в Афганистане. И больше от него

вестей не было. Мать ходила в военкомат, писала в

Алма-Ату, мол, где он, почему нет писем? Пришел

ответ: где-то упал вертолет, его ищут, и больше

ничего. Пропал без вести, и все. Пока мы в газете

не прочли о нем.



В доме, где ожидание выбелило

фотографии на стенах, о недавнем торжественном

событии напоминал лишь увядающий букет роз,

матово поблескивающий орден в коробочке на столе

невольно приковывал к себе взгляд. Подумалось,

что именно награда теперь придает в этом доме

смысл жизни.





Сердце матери




Двадцать долгих лет прошло с тех пор,

как она получила последнюю весточку от сына.

Сколько ж пришлось пережить с тех пор Антонине

Константиновне, сколько слез выплакать, сколько

выстрадать... Одной ей ведомо. Но теплилась в

сердце искорка надежды, что жив ее Коленька. Она

стучалась во все двери... Писала письма, звонила...

В ответ одно: ищут. Что еще может сделать

раздавленная горем и неизвестностью женщина в

поселке, затерявшемся в бескрайних

казахстанских степях? Ждать и верить.



Шесть тетрадных страниц уже

пожелтевших от времени — шесть писем из

горьковской десантной учебной части. И

фотографии. Она с мужем и годовалым Коленькой на

руках еще в Украине в далеком 65-м, где-то в

Хмельницкой области, откуда и приехали в

Казахстан. На другой — выпускной класс

Красногвардейской средней школы, ее Николай

окончил в 1979 году. И последняя — армейская — в

парадной форме. Вот все, что осталось от сына,

соединяло с ним с того дня, как 9 ноября 1984 года

проводила его. Как потом оказалось, навсегда.



Пропал без вести — не погиб. И однажды,

году в 86-м, в газете она увидела на фотографии

сына. Там были и другие — обросшие, изможденные. В

заметке говорилось, что эти люди живы, находятся

в плену у моджахедов. Но, видимо, ошиблась. Уж

больно велика была надежда.



Многое за это время пришлось

пережить... Приезжали — расспрашивали, как себя

вел до призыва в армию, что говорил, о чем писал в

письмах. Разное болтали... А она ждала.



16 марта прошлого года Антонина

Константиновна и отец — Григорий Данилович

прочли в газете «Аргументы и факты» материал

«Русских в плен не брать!» о подвиге советских

военнослужащих, 26 апреля 1985 года предпринявших

попытку вырваться из подземной тюрьмы,

находившейся на территории лагеря афганских

беженцев Бадабер в Пакистане. Среди тех, кто

решился на этот отчаянный шаг и погиб в неравном

бою, был и младший сержант Николай Саминь.

Наконец тетя Тоня, так звали ее Колины

однокашники, нашла сына... и потеряла надежду.



— Мать прочитала об издевательствах

над пленными и начала сохнуть. Плакала каждый

день. И пошло: ноги отказали, перестала

разговаривать, есть, так и померла, — вспоминает

Григорий Данилович. — Зачем надо было об этом

писать?..



Светлана рассказала, что к ним в конце

80-х приезжал некий Сергей Добычин, в то время он

жил в Павлодаре. По его словам, он вместе с

Николаем находился в плену у моджахедов. Каким-то

образом бежал. За то, что попал в плен, был осужден

и отбывал срок. В семейном архиве до сих пор

хранится его фотография.



Последний бой




— С Николаем я познакомился в1979 году,

— рассказывает Аманжол Саркенов. — Вместе

поступили в Астраханское СПТУ. Поближе сошлись

на секции вольной борьбы. Вместе участвовали в

соревнованиях. Он выполнил первый разряд по

вольной борьбе. Второй разряд по волейболу и

баскетболу. Высокого роста. Характер у него был

спокойный. Учился неплохо. Технику очень любил.



Как сейчас помню, в день призыва шел

снег. Нашу команду из 98 человек сформировали из

призывников Краснознаменского, сейчас это

Егендыкольский район, и нашего, Астраханского.

Переночевали на сборном пункте в Целинограде.

Через двое суток, 12 ноября прибыли в Горький. А

там — в поселок Центральный, в учебное

подразделение. В «учебке» виделись редко: график

занятий был очень плотным. Встречались чаще в

кино по субботам и воскресеньям. Время летело

незаметно. В «учебке» Николаю было присвоено

звание младшего сержанта, был он отличником

боевой и политической подготовки. Тогда мы все

писали рапорты: «Хотим исполнить

интернациональный долг в ДРА». Но я не попал.



Спустя полгода А. Саркенов вернулся в

эту учебную часть за молодым пополнением. К этому

времени подразделение уже стало гвардейским.

Двое из тех, кто начинал здесь службу, в Афгане

были удостоены звания Героя Советского Союза.

Именно в тот приезд Аманжол Саркенов узнал о том,

что Николай в числе других 12 бойцов не вернулся

из охранения. Подробностей никто не знал: ушли на

задание по охране объекта и пропали.



— Это хорошо, что у нас не забывают о

тех, кто погиб в Афганистане, — считает Аманжол

Каиржанович. — Ведь только из 18 человек,

проходивших со мной службу в сержантском взводе

и направленных в ДРА, 12 остались там навсегда.



Собственно сведения о событии,

происшедшем в Бадабере, достаточно скупы и

разнятся в деталях. Теперь, вероятно, уже никто не

узнает всех подробностей. Приведу лишь краткий

отрывок из опубликованных материалов. Известно,

что группа советских военнопленных (от шести до

двенадцати человек), захватив у часовых оружие,

попыталась вырваться из лагеря. На предложение

Бурхануддина Раббани, в то время одного из

лидеров оппозиционной партии «Исламское

общество Афганистана», сдаться на условиях

сохранения жизни, пленники потребовали встречи с

представителями советского и афганского

посольств в Исламабаде, а также Международного

Красного Креста.



Очевидец, член ИОА Мухаммед Насер в

своих показаниях так описывает события тех дней:

Утром 27 апреля, после того как Раббани понял, что

восставшие не сдадутся, отдал приказ артиллерии

открыть огнь. Пленные отчаянно стреляли из всех

видов оружия. Район Бадабера был окружен. Над

крепостью появился вертолет. Восставшие

обстреляли его из ЗПУ. Следом прилетел еще один.

Огонь по крепости усилился. С одной из

винтокрылых машин сбросили бомбу. В результате

на складе боеприпасов произошел сильный взрыв.

Все восставшие погибли. Моджахеды потеряли около

сотни человек, имелись жертвы среди пакистанских

военных и мирных жителей. Погибли также шесть

военных советников из США.



Имена шестерых советских солдат,

проявивших мужество и героизм, известны. Это наш

земляк Николай Саминь, Александр Зверкович из

Беларуси, россияне Игорь Васьков, Сергей

Левчишин, Николай Дудкин, украинец Сергей

Коршенко.



Как известно, президент Украины Леонид

Кучма посмертно наградил С. Коршенко орденом «За

личное мужество» третьей степени. В Беларуси

представлен к награде и А. Зверкович.





Извещение из части




Что могут рассказать о человеке те, кто

расстался с ним свыше двадцати лет назад, и о

котором все это время не было никаких известий?



— Ничего плохого вспомнить о нем не

могу. Он не был хулиганистым. Сама доброта была.

Высокий красивый парень. Очень нравился

девчонкам. Помню его улыбающимся, — рассказывает

одноклассница Динара Закорина. — Класс наш был

очень дружный. До сих пор частенько встречаемся.

И конечно, всегда вспоминаем Николая, его просто

невозможно забыть. Тогда мы все увлекались

спортом. И Коля отлично играл в волейбол. Когда

собирались классом, обязательно навещали его

родителей. Тетя Тома всегда была нам рада,

радовалась, что мы так крепко дружим и не

забываем Николая.



Мне кажется, он был больше похож на

отца, немногословный. Хорошая семья была. А

любила его больше всего мама. Жили очень дружно.



— Николай был спокойным, скромным

мальчиком. Никогда у него не было конфликтных

ситуаций ни со сверстниками, ни с учителями.



А что Николай сам рассказывает о себе в

письмах? Скупые сведения об армейском быте. В

общем, все хорошо, служба идет нормально. Играет

за батальон в баскетбол. В каждом письме

трогательная забота о матери и младших сестрах.



Все, с кем довелось побеседовать,

сокрушались: готовясь к встрече, так много

хотелось рассказать... Но время неумолимо к

памяти, и наш разговор разворачивался в одной

плоскости.



Военком Астраханского района майор

Жумабай Оспанбаев, который и организовал все

наши встречи, показал нам извещение из войсковой

части, в котором сообщалось о том, что младший

сержант Николай Саминь пропал без вести при

выполнении боевой операции. Рядом было подшито

еще одно, точно такое же.



— Да, они служили вместе. Наш призывник Василий

Федоров также числится без вести пропавшим, но о

нем до сих пор нет никаких сведений.





Виктор ПРЯНИКОВ

 

НОВОСТИ НА ЭТУ ТЕМУ

 

 

 

АРХИВ
« 2014 »
« »
О НАС

Головной офис

Алматинский корпункт

Журнал «Байтерек»

Собкоры

Корпоративное управление

Реклама в газете

Подписка на газету

Объявления

Протоколы

План закупок

Все права принадлежат © 1999–2010
АО «Республиканская газета
„Казахстанская правда”»
Статистика от SoftDeCo

Все права на информационные и фото материалы, размещенные на сайте, охраняются в соответствии с законодательством
Республики Казахстан, в том числе об авторском и смежных правах.

 

Воспроизведение материалов целиком или частично возможно только при обязательном указании авторов и гиперссылки на сайт.
Авторские материалы могут быть воспроизведены только с письменного разрешения авторов.


Разработка сайта